Как результат адаптации

В Центральной Азии кулан появился в плейстоцене. Этот вид, сохранив некоторые архаичные черты строения древних лошадей, приобрел своеобразные, лишь ему “присущие приспособления к жизни в сухих степях и полупустынях. В процессе расселения куланы заняли огромные просторы от Южной Сибири до Гималаев и от Забайкалья до Восточной Европы. На этом огромном ареале, превосходящем ареалы всех остальных видов семейства лошадей, возникло много географических форм как результат адаптации к местным условиям.

Процветанию кулана способствовали большая пластичность вида в питании, крайняя выносливость, высокий уровень социального поведения и высшей нервной деятельности. При сравнении кулана с другими видами семейства (африканскими зебрами и ослами, европейско-азиатскими лошадьми) все экологические показатели свидетельствуют о его преимуществе.

Однако кулан – один из самых многочисленных и широко распространенных копытных открытых засушливых ландшафтов Евразии – процветал лишь до раннеисторического времени. Огромный ареал кулана стал сокращаться под воздействием человека: очень быстро в Передней Азии и Европе – колыбелях земледелия и животноводства, позднее, по мере освоения обширных земель в Средней и Центральной Азии. Сегодня сохранились лишь небольшие осколки его в пустынях Северного Ирана, Западной Индий, Монголии, СССР, Северного Китая и Тибета.

Кулан всегда был желанной добычей охотников. Его мясо высоко ценилось, и ему приписывали целебные свойства, а шкура шла на изготовление дорогих цветных сафьяновых кож. Однако погубило кулана не столько прямое преследование, сколько то, что человек оттеснил его от воды. Из большинства мест кулан был изгнан без единого выстрела. В аридных районах открытые источники воды редки, и человек со своим домашним скотом, разумеется, поселялся у рек и родников, а дикие звери вынуждены были отходить в безводные места, где обрекались на гибель.

В настоящее время во всем мире осталось не более 20 тыс. куланов, из которых в СССР более 2000 голов.

Монгольский кулан сохранился лучше других подвидов. В прошлом он жил в пустынно-степных районах Монголии, на прилежащих участках Северного Китая и Восточного Забайкалья. Уже в первой половине XIX в. в Северо-Восточном Китае и Забайкалье куланы стали редкими. В конце прошлого – начале нынешнего столетия отмечались лишь забеги их в пределы СССР. Последний раз куланов встречали в Восточном Забайкалье у озер Барун-Торей и Зуи-Торей в 1928 г. К этому времени сократился ареал кулана и в северной части Восточной Монголии, где они изредка встречались севернее оз. Буир-Нур. В 40-х годах куланы были обычны в юго-западной части Монголии, проникая далеко на север только по котловине Больших Западных озер. Из последнего района они исчезли в 60-х годах и теперь живут лишь в Заалтайском Гоби. В Монголии насчитывают около 15 тыс. куланов, и это самая многочисленная популяция в мире.

Казахстанский кулан обитал в Северо-Западном Китае, Казахстане и на юге Западной Сибири. В XVIII в. куланы доходили на западе до р. Урал, а на севере – до Тургайской области, междуречья Ишима и Иртыша. Однако уже в конце XIX – начале XX в. ареал кулана в Казахстане резко сократился. Он сохранился только у, южного берега оз. Балхаш и в долине р. Или, где последних куланов видели в 30-х годах нашего столетия.

Иранский, или туркменский, кулан занимал Туркмению, Узбекистан, Афганистан, Иран и Восточное Закавказье. В Закавказье он исчез еще в средние века. Обжитые центральные районы Узбекистана и Туркмении куланы покинули в XV-XVIII вв., из западных районов Средней Азии исчезли в конце прошлого века, сохранились только в междуречье Теджена и Мургаба (в Бадхызском заповеднике). В заповеднике в первые годы его существования было 150-200, ныне обитает около 2 тыс. куланов. Отсюда в 1953 г. их завезли на о-в Барсакельмес в Аральском море, где сейчас живет около 200 голов. В 1978 г. из Бадхыза 12 куланов доставили в Меана-Чаачский заказник в: предгорьях Восточного Копетдага, в котором они хорошо прижились и успешно размножаются. В Афганистане сохранились единичные особи куланов на границе с СССР. В Иране в северных и центральных районах насчитывается около 1300 голов, из которых около 1100 – в четырех резерватах и национальных парках.

Индийский кулан в прошлом жил в пустыне Тар в Западной Индии, в западной части Пакистана, на юго-востоке Ирана. Повсюду исчез, кроме резервата Малый Качский Ранн в Юго-Западной Индии; здесь в 1976 г. жило 720 голов.

Сирийский кулан обитал в Сирии и Ираке, где исчез в 1928 г. Южнее, в Малой Азии, жил анатолийский кулан, вымерший еще до нашей эры.

Западный кианг был широко распространен в высокогорных пустынных степях Западного Тибета. Ареал его сократился, но сведений о нем в последние десятилетия нет. Северо-восточный кианг обитал в Центральном и Северо-Восточном Тибете, Алтын-Таге, районе оз. Кукунор и Западном Наньшане. Ареал его резко сократился, но данных о современном распространении и численности нет. Непальский кианг обитал в Индии, на небольшой территории Сиккима, в прилежащих районах Тибета и Непала. Сохранился в ничтожно малом числе.

Кулан (Equus hemionus). Рисунок, картинка
Пощипывая по дороге
Кулан (Equus hemionus)

Живя в пустынных степях, куланы приобрели необычайную выносливость к смене жаркого лета на зимнюю стужу, засухи на снежные метели. В поисках хороших пастбищ куланы способны проходить огромные расстояния, но редко используют эту возможность. Только летом они собираются близ рек или родников, приходя к ним за десятки, а иногда и сотни километров. Зимой же животные держатся в оврагах или узких долинах, в которых легко найти укрытие от непогоды. В прошлом северным популяциям, кулана были свойственны регулярные миграции на многие сотни километров. Так, из степей Южной Сибири и Северного Казахстана, где куланы проводили лето, они в августе уходили в пустыни. Отдельные табуны сбивались в огромные стада до 1000 голов, которые медленно двигались на юг. Из северных степей их гнал снег, и в суровые многоснежные зимы эти кочевки принимали особенно грандиозный характер. С началом таяния снегов куланы пускались в обратное путешествие, и в апреле снова появлялись на летних пастбищах.

О кулане часто писали как о степном животном, которое, будучи вытеснено человеком, нашло себе убежище в пустыне. Это заблуждение было основано на том, что кулан, проникая во время летних кочевок в степи, главным образом здесь и попадался на глаза путешественникам и натуралистам прошлого.

Как и лошади, куланы кормятся многими травянистыми растениями (известно более 100 видов). Наибольшее значение в их питании имеют злаки, полыни и солянки. В зависимости от места, сезона и условий года значение различных растений в питании кулана меняется. Весной там, где есть эфемеры, животные выбирают эфемерные злаки, такие, как мятлик и костер. Летом, когда многие растения засыхают, куланы стараются отыскать злаки посочнее. Осенью, когда пастбища вновь зазеленеют после дождей, куланы либо кормятся, как и весной, злаками, либо тщательно отыскивают лучше сохранившие влагу солянки и полыни. Зимой, где снега нет или он невысокий и рыхлый, животные без труда находят все те же корма. Но если снег покрывает пастбища слоем 15-20 см, куланы раскапывают его ударами копыт тебенюют. Высокие снега, длительное время покрывающие землю, куланы переносят тяжело. При многоснежье они стремятся уйти в овраги, впадины и ущелья и вынуждены кормиться ветвями кустарников. Особенно губителен для куланов гололед. Ноги животных в такое время бывают стерты до крови.

Важную роль в жизни кулана играют водопои. В засушливый и жаркий период года влажность кормов низкая – животным необходимо регулярно пить. Поэтому водопои определяют летнее размещение их по территории, суточный ритм и поведение. Весной, когда корма сочные и животные получают с кормом 10-15 л воды, они могут обходиться без водопоя. Как только растения высохнут и их влажность упадет ниже 50 – 55%, куланы откочевывают на пастбища, лежащие не далее 10-15 км от водоемов.

Куланы направляются к источнику незадолго до захода солнца. Идут не спеша, пощипывая по дороге траву, и подходят к воде уже в темноте. Выбрав какой-либо водоем, табун куланов постоянно посещает его. Так образуется хорошо набитая тропа, которая пролегает чаще по открытым низинам. Густых кустарников или тростниковых зарослей куланы избегают.

Впереди табуна, выстроившегося гуськом на подходе к водопою, идет старая самка. Замыкает шествие, как правило, опытный самец. Одиночки .и небольшие группы куланов к воде подходят бесшумно. Большой же табун обнаруживает себя за много сотен метров топотом копыт, иногда и криком жеребца, подгоняющего отставших животных. С крутого спуска табун скатывается неудержимо, как обвал, с грохотом и громким фырканьем.

В любое время суток кулана можно видеть либо кормящимся, либо отдыхающим; строго определенных часов пастьбы или отдыха у них нет, но все же ночью куланы пасутся меньше, чем днем. На пастьбу животные тратят примерно 13-15 часов в сутки, на переходы – от 2 до 5 и на отдых – 5-8 часов. Отдыхая стоя, куланы никогда не становятся в круг, головами друг к другу, как это делают в жару домашние лошади. Лежа они отдыхают очень непродолжительное время – не более 2 часов, зимой животные вообще ложатся редко и не более чем на 20-30 минут.

Маленькие куланята в первые дни после рождения почти все время лежат и встают только для того, чтобы пососать молока. Для кормления малыша самка отходит в сторону от табуна. Куланенок сосет до 8-10-месячного возраста, а в случае яловости самки – до 14-16 месяцев.

Первые попытки есть траву куланенок делает на 3-5-й день своей жизни. Прежде чем откусить травинку, он долго ее жует. По-настоящему пастись куланята начинают в месячном возрасте. В это время они очень длинноногие и, чтобы достать траву, принимают забавную позу, широко расставив передние ноги, словно жирафы.

Во время сильных ветров или зимних метелей куланы, перестают пастись и уходят куда-нибудь в затишье, становясь с подветренной стороны оврагов или кустарников. Молодняк всегда прячется за взрослых. Перемену погоды куланы предчувствуют за 10-12 часов и почти за сутки до, снежного бурана уходят в укрытия.

Большую часть года куланы держатся табунами, каждый из которых состоит из взрослого самца, самок и молодых одно- и двухлеток. В среднем такой семейный табун состоит из 5-11 животных, иногда больше. В начале лета часть самок с новорожденными может на короткий период отбиться от табуна. В период гона нередко встречаются одиночные самцы, главным образом впервые принимающие участие в размножении. Осенью и зимой табуны объединяются в стада, размеры которых зависят от общей численности куланов в районе и от емкости пастбищ. Нередко они разрастаются до 100 и более голов, а в прошлом путешественники встречали в Казахстане и Центральной Азии тысячные стада.