В процессе их

“Операция отделения” детенышей от матерей была проведена блестяще за один раз.

Самки “решили” избавиться от необходимости таскать на себе лишнюю тяжесть, а напуганные детеныши ни за что не хотели отпускать матерей. Началась страшная потасовка. Большие ночницы “болтали” и кричали совсем как попугайчики. Можно себе представить, какой гам стоял в пещере. Наконец матери одержали верх, освободились от детенышей и улетели, а молодняк, повиснув на потолке, остался ждать их возвращения. Ждали они отнюдь не молча, а испуская все время резкий и жалобный писк, очень похожий на писк отбившихся цыплят”.

“Я заметил,- пишет далее Н. Кастере,- что в этот раз, а также в следующие ночи летучие мыши возвращались гораздо раньше, чем обычно. Вероятно, они спешили к своему потомству”.

Для рукокрылых, как и для многих других животных, обитающих большими стаями или скоплениями, известна общественная форма выращивания детенышей.

Молодые особи длиннокрылое образуют в убежище обособленные группы, практически ясли. Самки, возвращаясь с охоты, кормят детенышей молоком, не разбирая, где свой, где чужой. Подобное совместное выкармливание молодняка отмечено и для некоторых видов подковоносов.

Вместе с тем существуют виды, самки которых чрезвычайно привязаны к своим детенышам. Они прекрасно отличают собственных детей и не обращают внимания на чужих. Описан даже случай, когда самка бухарского подковоноса загрызла детей чужака, пытающегося найти убежище на ее теле.

Путем мечения самок Позднего кожана и их новорожденных алма-атинскому исследователю П. М. Бутовскому удалось выяснить, что самки этого вида умеют отличать своих детенышей и всегда кормят только их. И не было в этом ничего удивительного, если бы не одно обстоятельство. Обнаружили, что среди беременных самок попадаются такие, которые имеют по одному или два эмбриона, как обычно, а целых три, причем все три зародыша были развиты хорошо и более или менее одинаково. Этот факт может служить доказательством тому, что самки позднего кожана способны не только зачать, но и родить трех малышей. Остается загадкой, как такая многодетная мамаша, имея только два грудных соска, умудряется выкармливать тройню. Возможно, самка кормит малышей по очереди, а может быть, “лишние” детеныши усыновляются другими самками? Во всяком случае, точно установлено, что “сирот” в этой колонии кожана никогда не бывает.

Трудно говорить о каких-либо закономерностях в сроках развития детенышей у разных групп рукокрылых. Научные данные по этому вопросу весьма отрывочны. Но молодняк мелких видов вступает в самостоятельную жизнь раньше, чем крупных.

Начало самостоятельной жизни – это тот период, когда подросший и окрепший зверек уже не зависит от родителей, может сам добывать пишу, сам находить себе убежище. Однако, прежде всего он должен научиться хорошо летать.

Юные особи бразильских складчатогубов начинают опробовать свои крылья в возрасте трех-четырех недель. Но их первые полеты подобны первым робким шагам годовалого ребенка – они неуверенны, неуклюжи, непродолжительны и прямолинейны. Проходит еще пара недель, и молодых складчатогубов уже почти не отличить в полете от их взрослых сородичей. Высокая скорость и маневренность позволяют им добывать пищу своими силами.

Детеныши многих видов рукокрылых, обитающих на территории нашей страны, начинают совершать первые полеты в возрасте 3-6 недель.

На четвертой неделе жизни совершают первые пробные полеты близ убежища детеныши средиземноморского нетопыря. Их родственники – нетопыри-карлики – развиваются еще быстрее: двухнедельные зверьки уже пытаются перепархивать с места на место, а еще через неделю они окончательно избавляются от родительской опеки.

Большинство видов крыланов развивается, вероятно, несколько дольше, чем представители других семейств рукокрылых. Детеныши летучих собак, например, переходят к самостоятельному питанию лишь в возрасте трех месяцев.

Для рукокрылых, как

При нормальных условиях существования смертность среди молодых рукокрылых обычно невелика.

Немецкие зоологи в течение 10 лет проводили регулярные наблюдения за большими ночницами. В результате была установлена четкая зависимость между высокой смертностью молодняка и снижением температуры воздуха. В холодные годы погибало около половины всех родившихся детенышей. В годы с теплым летом число погибших составляло не более 2-3 процентов.

Для того чтобы уберечь свое потомство от действия низких температур, родители всеми силами “стараются” создать благоприятные условия в местах выращивания молодняка. Поддержание высокой температуры осуществляется, как мы говорили, главным образом за счет формирования достаточно многочисленных колоний, плотного скучивания животных, а также в результате выбора таких мест в пещерах, которые обеспечивают минимальной рассеивание тепла.

Не всегда, однако, большая скученность летучих мышей в убежищах благотворно отражается на выживание детенышей. Иногда она может, напротив, служить причиной гибели молодняка, особенно если колонию часто тревожат.

Летящая летучая мышь. Рисунок, картинка

О формировании способностей к терморегуляции у детенышей летучих мышей в процессе их общего развития мы будем говорить в одной из следующих глав. Здесь мы скажем только, что терморегуляция играет, по-видимому важную роль в становлении эхолокационных навыков летучих мышей. Так, при исследовании слуховой реакции у восьмидневных детенышей бледного гладконоса наблюдалось полное ее отсутствие при температуре ниже 28 градусов. При более высоких температурах маленькие гладконосы реагировали на звуковые раздражители вполне нормально, соответственно своему возрасту.

Остановимся, однако, подробнее на этих опытах с бледными гладконосами. Чем они еще интересны, вы сейчас узнаете. Прежде всего, удалось установить, что новорожденные гладконосы испускают особые, не похожие на сигналы взрослых крики. К концу второй недели характер этих криков меняется, и они становятся почти не отличимыми от сигналов, которыми пользуются при мирном и добродушном общении друг с другом взрослые особи (Надо заметить, что у взрослых гладконосов существуем еще один тип сигналов общения, специально применяемый в случае конфликтов и ссор.). Было известно, что в природе самки бледного гладконоса выкармливают только своих детенышей, игнорируя призывные крики чужих малышей. В лабораторных условиях наблюдалась та же самая картина. Тогда решили дать самкам послушать звуки нескольких детенышей, записанные на магнитофон. Оказалось, что каждая самка избирательно реагирует только на крики собственного дитя. Но что самое удивительное, самки прекрасно различали голос своего детёныша не только в том случае, когда его воспроизводил сразу после записи, но и реагировали на его сигналы, записанные неделей раньше. Такое узнавание мамашами детенышей по их крикам ученые объясняют наличием в сигналах гладконосов некоторых постоянных индивидуальных признаков и запоминанием самкой этих неповторимых характеристик сигналов. По мере развития детеныша голос его изменяется – длительность сигнальных импульсов и интервалы между ними уменьшаются, а скорость их повторения и частота заполнения увеличиваются. Единственный признак сигнала, не меняющийся с возрастом,- образец его частотной модуляции, или, иными словами, определенный характер изменения частоты в пределах одного импульса. Как предполагают, именно это и служит своеобразным вокальным почерком для каждой особи гладконоса.

Американский исследователь Э. Гоулд, проведя серию экспериментов с кожанами и пустынными гладконосами, выяснил, в какой мере процесс обучения влияет на формирование “вокального” репертуара летучих мышей. Группы детенышей рукокрылых выращивались в разных условиях. Одна группа – с матерями, лишенными возможности воспроизводить сигналы; вторая – с нормальными родителями; третья – искусственно, без контакта со взрослыми зверьками; у детенышей из четвертой группы были повреждены нервы, связанные с голосовым аппаратом, то есть животные не могли общаться со своими родителями с помощью звуковых сигналов. Все детеныши последней группы вскоре погибли – матери не признавали их своими и не принимали к себе. При анализе магнитофонных записей сигналов молодых зверьков первых трех групп значительных различий параметров этих сигналов обнаружено не было. Таким образом, было доказано, что определенные звуковые способности летучих мышей в большей степени являются врожденными, чем приобретенными в результате индивидуального опыта.

Звуковая связь между матерью и детенышем служит не только для их повседневных, так сказать, нормальных контактов. Часто могут возникнуть такие острые критические ситуации, когда малышу становится необходима материнская помощь. Тогда он (как, впрочем, поступают в подобных случаях и детеныши других животных) своими криками зовет к себе мать. Только крики эти человеческому уху, как правило, не доступны – их частоты лежат в ультразвуковом диапазоне.

Свидетелем интересного случая “беззвучного” общения матери и детеныша позднего кожана стал однажды писатель-натуралист Л. Л. Семаго: “Пока было светло, он (детеныш. – С.М.) вел себя смирно, прицепившись к нагретой стенке палатки. Без особого аппетита, но очень тщательно пережевывал мух и тут же засыпал снова. Но вскоре после захода солнца он начал шустро лазать по брезенту, выбрался все-таки наружу и побежал, именно побежал, а не заковылял на четырех прочь по твердой голой глине. Как раз на его пути чернела суслиная нора, в которую он кувыркнулся и пропал. А через несколько минут над этой норой закружила по снижающейся спирали! взрослая мышь. Опустившись на самый край входа, она тоже юркнула в нору и мгновенно вылетела назад.

Припадая к земле, заковыляла к палатке, поднялась немного по скату, и без всякого видимого усилия взлетела. Под ней, крепко прицепившись, висел детеныш. Конечно, мать нашла и узнала его по голосу. Но я, сидя совсем рядом, все видел и не слышал ни звука!”

Похожую картину оказания помощи непоседливом) детенышу пришлось наблюдать и англичанину А. Дэвиду. Летучие мыши выбрали себе убежищем коробку электросчетчика. Вечером, оставшись один, мышонок решил вкусить хоть чуточку самостоятельной жизни. Результат был плачевен – зверек вывалился из своего необычного гнездышка. Вернувшаяся с охоты мамаша совершила над ним несколько медленных пролетов, как бы примериваясь. Наконец она опустилась рядом со своим шалунишкой и отнесла его в убежище. Никаких слышимых звуков при этом не было издано.

В начале этой главы мы говорили о том, что случайно упавшему при рождении детенышу помощи от матери обычно ждать не приходится. Чем же объяснить такое преступное отношение матери к новорожденному? Ведь только что приведенные примеры служат, казалось бы, доказательством большой заботливости и привязанности самок летучих мышей к своим детенышам. Вероятно, дело в том, что новорожденный еще не в состоянии издавать сигналы, на которые мать реагировала бы как на крики помощи. И может быть, такое поведение имеет особый смысл: детеныш не смог выполнить свою первую жизненно необходимую обязанность – удержаться на теле матери, а что же тогда ждать от него в дальнейшем? Рука естественного отбора в таких случаях не знает жалости отказать в существовании единицам особей, чтобы существовал вид. Так было всегда.

Источник: Мосияш С. С. Летающие ночью.- М.: Знание, 1985.- 160 с.